| Армен Гаспарян ( @ 2009-03-11 18:34:00 |
Ответ историку Мартиросяну. Почти по Е.Э.Месснеру
На поверхность взбаламученного моря нашей действительности регулярно всплывают «писатели», чья деятельность сводится исключительно к поношению Белого движения, к попыткам обвинений Л.Г.Корнилова, А.И.Деникина, А.В.Колчака в предательстве. Все это не ново. В эмиграции с завидной регулярностью появлялись конспирологические теории Якобия, Свитова, Кириенко... К кликушествам подобного рода мы уже давно привыкли. Но в современной России у якобиев всех мастей появился достойный продолжатель – Арсен Мартиросян. Отсутствие реакции на его пасквиль легко может создать у подрастающего поколения ложное представление о Белой борьбе, если статья «Оборотная сторона Адмирала Колчака» попадет кому-либо из них на глаза (на это, очевидно, автор и рассчитывает). Поэтому и необходимо указать на вопиющую ложь.
Во Франции, читая статьи, обращают внимание КАК она написана, в Германии – ЧТО написано, а в Англии – для ЧЕГО написано. Мы же заострим внимание на том, КЕМ написано. Именно эта позиция зачастую единственно верная. Если мы знаем, что, к примеру, Г.М.Катков был человеком обширных познаний, глубокого ума, честности и благородной объективности, то, читая его работу «Дело Корнилова» мы верим приводимым им фактам, хотя и отмечаем некоторые неточности. Но если автор статьи клеветник, то ему мы не верим, хотя и признаем достоверность отдельных эпизодов. Не буду опровергать статью Мартиросяна на основании ее содержания, не соответствующего истории. Но на основании этого пасквиля охарактеризую автора и тогда пусть каждый сам судит, можно ли принимать всерьез его домыслы.
Мартиросян сразу начинает свою статью с дерзкого обвинения А.В.Колчака в измене Родине. Никаких документов, разумеется, не приводится. Да и быть их не может. Автор никогда о Белом Движение до этого не писал, сфера его интересов – оправдание и возвеличивание товарища Сталина. Поэтому и не знает он о том, что когда в сентябре 1919 года союзники потребовали удалить все Русские части из Владивостока. Верховный правитель немедленно ответил телеграммой командующему Русским гарнизоном генералу Розанову: «Повелеваю Вам оставить все Русские войска во Владивостоке и без моего повеления их никуда не выводить. Требование союзников – есть посягательство на суверенные права России». Никогда не слышал Мартиросян, что Александр Васильевич пошел только на экономические уступки союзникам. Его кабинет министров разрешил размещение иностранных концессий в Сибири и на Дальнем Востоке (включая создание там свободных экономических зон) сроком на 15-25 лет, создание промышленных предприятий и разработку природных богатств, с целью использовать капитал стран Антанты для восстановления экономики России после Гражданской войны. «Когда Россия окрепнет и придет срок – мы их выкинем отсюда». И уж, понятное дело, не догадывается Мартиросян о том, что когда генерал Маннергейм предложил помощь 100-тысячной Финской армии в обмен на передачу Финляндии части Карельского перешейка и размещение оккупационных финских войск в Петрограде, Колчак был лапидарен: «Я Россией не торгую!».
Невежественность Мартиросяна принимает облик мыслительной темноты, когда он пишет про «самозваного Верховного правителя России». В январе 1919 года патриарх Тихон благословил Александра Васильевича для «христианской борьбе с атеистической временной властью над страдающим народом, по спасению Православной Церкви и России». Широко известны и ответные слова адмирала: «Я знаю, что есть меч государства, ланцет хирурга. Я чувствую, что самый сильный: меч духовный, который и будет непобедимой силой в крестовом походе – против чудовища насилия!». За эти годы они многократно публиковались. Но Мартиросян или никогда об этом не слышал, или у него разум не восприимчив.
Темнота автора принимает просто анекдотический характер, когда он утверждает, что Александр Васильевич был не русского происхождения. Будущий адмирал родился в семье Василия Ивановича Колчака и Ольги Ильиничны Посоховой. В метрической книге четко указано – оба православные. Дед Александра Васильевича был участником Крымской войны, держал оборону на Малаховом кургане. Очевидно, за это и произведен Мартиросяном в татары.
Есть и еще более убийственные для репутации Мартиросяна разоблачения: «В августе 1917 года тайно удрал в Англию. Как прикажете называть командующего флотом, который во время войны подло бросает свой флот и тайно бежит из страны за границу?». По-видимому, статья специально для того и написана, чтобы опубликовать это сенсационное утверждение. Недаром же он пишет, что «господствующие в демократии подонки» воспевают Колчака как патриота России». Последователь Якобия мог и узнать, что Колчака направили в США (а не в Англию), как эксперта с мировым именем по минному делу. В Сан-Франциско ему предложили остаться, обещав кафедру минного дела в лучшем военно-морском колледже и богатую жизнь в свое удовольствие в коттедже на берегу океана. Колчак сказал «нет».
Клевета – излюбленный прием Мартиросяна. Повествуя о Великой войне, он пишет: «Колчак был завербован еще в бытность капитаном 1 ранга и командиром минной дивизии на Балтийском флоте. Это уже была измена Царю и Отечеству, на верность коим он присягал и целовал крест!». То есть, в то самое время, когда под руководством Александра Васильевича четыре эсминца подошли к Данцигу и выставили 200 мин. В результате этого, подорвалось 4 крейсера, 8 эсминцев и 11 транспортов противника. Не случайно после вынужденной отставки Колчак писал: «Я хотел вести свой флот по пути славы и чести, но бессмысленное и глупое правительство (Временное – А.Г.) и обезумевший, дикий (и лишенный подобия), неспособный выйти из психологии рабов народ этого не захотели». Ясное дело, Мартиросян об этом никогда не слышал. Как не слышал и об отзывах немцев на деятельность Колчака: «Самый молодой и энергичный вождь. После его ухода флот начал умирать. Революция и большевистский переворот его добили». Вот, кто истинные виновники катастрофы. Но, стремясь облить грязью Александра Васильевича, автор не стал обращать внимания на важнейшие свидетельства.
Таков Мартиросян. Он не отличает правды от лжи; легко переходит от необъективности к грубой клевете, он невежественен и потому не разбирается в вопросах, о которых пытается говорить. «Подонок и предатель - он и есть подонок и предатель! И таковым должен оставаться в истории». Так пишет достойный ученик Якобия. Но никогда не удастся морально ничтожному опорочить того, чьи заслуги перед Россией признали люди чести и ума. Не какие-то там Мартиросяны, а великий русский философ и монархист И.А.Ильин писал: «Когда пробил исторический час; навстречу шабашу революционной нечисти, навстречу малодушию, соблазну и крушению встали наши герои и вожди».
Во Франции, читая статьи, обращают внимание КАК она написана, в Германии – ЧТО написано, а в Англии – для ЧЕГО написано. Мы же заострим внимание на том, КЕМ написано. Именно эта позиция зачастую единственно верная. Если мы знаем, что, к примеру, Г.М.Катков был человеком обширных познаний, глубокого ума, честности и благородной объективности, то, читая его работу «Дело Корнилова» мы верим приводимым им фактам, хотя и отмечаем некоторые неточности. Но если автор статьи клеветник, то ему мы не верим, хотя и признаем достоверность отдельных эпизодов. Не буду опровергать статью Мартиросяна на основании ее содержания, не соответствующего истории. Но на основании этого пасквиля охарактеризую автора и тогда пусть каждый сам судит, можно ли принимать всерьез его домыслы.
Мартиросян сразу начинает свою статью с дерзкого обвинения А.В.Колчака в измене Родине. Никаких документов, разумеется, не приводится. Да и быть их не может. Автор никогда о Белом Движение до этого не писал, сфера его интересов – оправдание и возвеличивание товарища Сталина. Поэтому и не знает он о том, что когда в сентябре 1919 года союзники потребовали удалить все Русские части из Владивостока. Верховный правитель немедленно ответил телеграммой командующему Русским гарнизоном генералу Розанову: «Повелеваю Вам оставить все Русские войска во Владивостоке и без моего повеления их никуда не выводить. Требование союзников – есть посягательство на суверенные права России». Никогда не слышал Мартиросян, что Александр Васильевич пошел только на экономические уступки союзникам. Его кабинет министров разрешил размещение иностранных концессий в Сибири и на Дальнем Востоке (включая создание там свободных экономических зон) сроком на 15-25 лет, создание промышленных предприятий и разработку природных богатств, с целью использовать капитал стран Антанты для восстановления экономики России после Гражданской войны. «Когда Россия окрепнет и придет срок – мы их выкинем отсюда». И уж, понятное дело, не догадывается Мартиросян о том, что когда генерал Маннергейм предложил помощь 100-тысячной Финской армии в обмен на передачу Финляндии части Карельского перешейка и размещение оккупационных финских войск в Петрограде, Колчак был лапидарен: «Я Россией не торгую!».
Невежественность Мартиросяна принимает облик мыслительной темноты, когда он пишет про «самозваного Верховного правителя России». В январе 1919 года патриарх Тихон благословил Александра Васильевича для «христианской борьбе с атеистической временной властью над страдающим народом, по спасению Православной Церкви и России». Широко известны и ответные слова адмирала: «Я знаю, что есть меч государства, ланцет хирурга. Я чувствую, что самый сильный: меч духовный, который и будет непобедимой силой в крестовом походе – против чудовища насилия!». За эти годы они многократно публиковались. Но Мартиросян или никогда об этом не слышал, или у него разум не восприимчив.
Темнота автора принимает просто анекдотический характер, когда он утверждает, что Александр Васильевич был не русского происхождения. Будущий адмирал родился в семье Василия Ивановича Колчака и Ольги Ильиничны Посоховой. В метрической книге четко указано – оба православные. Дед Александра Васильевича был участником Крымской войны, держал оборону на Малаховом кургане. Очевидно, за это и произведен Мартиросяном в татары.
Есть и еще более убийственные для репутации Мартиросяна разоблачения: «В августе 1917 года тайно удрал в Англию. Как прикажете называть командующего флотом, который во время войны подло бросает свой флот и тайно бежит из страны за границу?». По-видимому, статья специально для того и написана, чтобы опубликовать это сенсационное утверждение. Недаром же он пишет, что «господствующие в демократии подонки» воспевают Колчака как патриота России». Последователь Якобия мог и узнать, что Колчака направили в США (а не в Англию), как эксперта с мировым именем по минному делу. В Сан-Франциско ему предложили остаться, обещав кафедру минного дела в лучшем военно-морском колледже и богатую жизнь в свое удовольствие в коттедже на берегу океана. Колчак сказал «нет».
Клевета – излюбленный прием Мартиросяна. Повествуя о Великой войне, он пишет: «Колчак был завербован еще в бытность капитаном 1 ранга и командиром минной дивизии на Балтийском флоте. Это уже была измена Царю и Отечеству, на верность коим он присягал и целовал крест!». То есть, в то самое время, когда под руководством Александра Васильевича четыре эсминца подошли к Данцигу и выставили 200 мин. В результате этого, подорвалось 4 крейсера, 8 эсминцев и 11 транспортов противника. Не случайно после вынужденной отставки Колчак писал: «Я хотел вести свой флот по пути славы и чести, но бессмысленное и глупое правительство (Временное – А.Г.) и обезумевший, дикий (и лишенный подобия), неспособный выйти из психологии рабов народ этого не захотели». Ясное дело, Мартиросян об этом никогда не слышал. Как не слышал и об отзывах немцев на деятельность Колчака: «Самый молодой и энергичный вождь. После его ухода флот начал умирать. Революция и большевистский переворот его добили». Вот, кто истинные виновники катастрофы. Но, стремясь облить грязью Александра Васильевича, автор не стал обращать внимания на важнейшие свидетельства.
Таков Мартиросян. Он не отличает правды от лжи; легко переходит от необъективности к грубой клевете, он невежественен и потому не разбирается в вопросах, о которых пытается говорить. «Подонок и предатель - он и есть подонок и предатель! И таковым должен оставаться в истории». Так пишет достойный ученик Якобия. Но никогда не удастся морально ничтожному опорочить того, чьи заслуги перед Россией признали люди чести и ума. Не какие-то там Мартиросяны, а великий русский философ и монархист И.А.Ильин писал: «Когда пробил исторический час; навстречу шабашу революционной нечисти, навстречу малодушию, соблазну и крушению встали наши герои и вожди».